Музей Модерновых Мистерий

https://shakko.ru/2022414.html

Хочу вам рассказать, как я в это вляпалась, подсела тяжко и в течение нескольких месяцев этого года опрокинулась с белого пятна в истории моей семьи и тупика 1940-х годов до 1690-х годов (до царевны Софьи!! просто офигеть).

Причем с экскурсами в боковые ветви, как мои читатели наблюдали в прямом эфире, к британскому шпиону в Прибалтике, теще издателя Сытина, музе Есенина, а также к укрывательнице Ленина перед речью на броневичке, фабрикантке гильз и прочим удивительным историям.

И какими инструментами мне этого удалось достичь.



Началось все в январе 2025 года. В бот обратной связи моего телеграм-канала мне написали приятнейшие слова: "Софья, мы хотим купить у вас рекламу". Нет слов для женщины слаще, как ты понимаешь, вступив в мудрый возраст, это гораздо приятнее чем лживые слова любви. Я вступила в диалог. Собеседница сказала, что ее фирма продает генеалогические услуги.

И тут у меня взыграло ретивое. Дело в том, что у всех, конечно же, есть родительские травмы, теоретически лечимые семейными расстановками, но не все это сознают. У меня с сестрой это тоже есть, вопрос самоидентификации. Одна бабушка приехала поступать в МГУ с Адлера, один дедушка аналогично с Краматорска-Славянска, второй дедушка -- с Кубани. На Кубани семейная история хранилась наиболее тщательно, этот дед сохранил рассказы своего деда о его военной службе в 1910-е и выживании в Гражданскую, а также байки вплоть до выселения из Запорожской Сечи. Самоидентификация шла по этой линии чисто за счет наличия наибольшей информации.

Особенно комическую форму это приобрело во время всероссийской переписи населения 2002 года, когда у тетеньки начал дергаться глаз: на вопрос о национальности моя панкующая бритая синеволосая сестра ответила "казаки мы".



Теперь о травме. Моя бабушка, типаж и ровесница Антоновой/Елизаветы Второй, всю жизнь переживала, что она не знала, кто ее мать. Она знала ее имя, отчество и фамилию, и все. Ее мать погибла у нее на глазах во время эвакуации от авиаудара, это зрелище всю жизнь было у нее в памяти. При этом бабушка не знала, из чьих была ее мать, и фамилию своей бабушки по материнской линии, которая была очень нежна с ней, сироткой. Про отца своего она, однако, знала -- Боровиков, и отец его из крестьян, видимо, дальше тупик, но это ее не волновало так сильно, как белое пятно по материнской линии.

Как вы понимаете, такие трепетания наследуются по митохондриальной ДНК.

И вот мы разговариваем с чудесной Аленой из генеалогической фирмы по поводу рекламы. И я ей отвечаю (совершенно не свойственные мне) слова: "не хочу я от вас ваших рекламных денег! Давайте вы лучше мое древо покопаете, бартер, так сказать". Она согласилась. И произнесла: "я вам пришлю анкету про ваших предков, вы заполните, и мы выберем, что расследовать". Я про себя, конечно, знала, что мне интересно именно то белое пятно (потому что от Кубани фиг какие архивные документы сохранились, и пусть это остается красивой казацко-панковской легендой).

Я как сейчас помню тот роковой вечер в январе.
Я села заполнять анкету.
Я вписала все, что знала.
И вот то белое пятно, с прабабушкой без девичьей фамилии матери, погибшей на полустанке, томило меня.
Не знаю почему, но я вспомнила, что яндекс недавно начал выгружать сканы метрически книг.
И почему-то я вбила туда те ничтожные данные, которые у меня были.

И вдруг пасьянс сошелся.

Яндекс выдал мне ее свидетельство о браке. Там была девичья фамилия ее матери -- фамилия той самой доброй бабушки, которая была добра к своей внучке-сиротке, моей бабушке. Оказалось, она была не дворянка, как бабушка думала по своим ощущениям от элегантности и остаткам роскоши, а дочь попа, священника в Красково.


Очнулась я спустя полгода, имея в родословном древе примерно 1500 новых членов из духовного сословия. Потрясающее обезболивающее в текущих условиях.

Храм, в котором мои прямые предки служили на протяжении почти всего  19 века


А Алена через несколько месяцев написала мне грустно:
"Софья, а как же реклама? Вы так и не прислали заполненную анкету".
А ей отвечаю: "Видите ли, Шура..."
И рассказываю вот всю эту эпопею.
А она такая: "ааа, духовное сословие. А, Москва и губерния. Ну понятно, почему так резво шло". И потом говорит: "ну давайте поработаем все-таки вместе?".

И я им предложила в разработку ту линию, которую руками раскопать не могла -- отца моей бабушки-сиротки. Сына человека, пассионария, который приперся в Златоглавую из Буйского уезда Костромской губернии, это ж сколько энергии и целеустремленности надо уметь, и учитывая, что от его чресл произошла я энд систер, считаю, что в естественном отборе этот человек -- молодец и выиграл.

Спустя пару месяцев Алена ( https://ktopredki.ru/ ), посидев в реале в региональном архиве, вернулась, неся в клювике, ценнейшие факты!

Вот её рассказ:

-- Найдем предков Софьи Багдасаровой --

Как крестьянин из костромской глубинки первым в деревне получил фамилию.
С чего всё началось

Исходные данные:

Василий Михайлович Боровиков, родился в 1877 году. В начале XX века, точно после 1908 года, проживал в поселке Перово. Работал в перовских вагонных мастерских. Был железнодорожным рабочим высокого класса, – так называемый «модельный мастер». Он работал по чертежам, вырезал из дерева пресс-формы для отливки чугунных деталей паровозов и каких-то других машин. По данным метрических книг Знаменской церкви села Перово родиной Василия Михайловича была деревня Шульгина Боровской волости Буйского уезда Костромской губернии. А по семейным воспоминаниям отцом Василия был Боровиков М.Г.




С такими исходными мы начали исследование. Первоначально определили церковный приход, который посещали жители деревни Шульгиной. Сама деревня крошечная – в 1873 году 8 дворов, 40 жителей. По справочнику «Список населенных мест Костромской губернии» помимо земледелия в деревне много плотничали.

В начале ХХ века там все те же фамилии, те же восемь дворов. Жители Шульгиной окормлялись в Христорождественской церкви селе Борок, находившейся всего в одном километре от родной деревни. Особенность исследования – полное отсутствие фамилий у крестьян до начала XX века, прихожан церкви записывали только по имени и отчеству.



Как шёл поиск

Начали с метрических книг прихода села Борок.
Фонды Костромского архива сохранились лишь за последние десятилетия XIX века.

Этого достаточно, чтобы «нащупать» семью. Мы знали: у отца Василия Михайловича могли рождаться дети в 1870-х–1880-х годах, поэтому решили просматривать книги сплошным методом – от поздних лет к ранним.

Так как встречались только бесфамильные крестьяне, мы записывали всех, кто мог быть родственником Боровиковых.

В метрической книге 1883 года впервые встретилось упоминание крестьянина деревни Шульгиной с именем Михаил. Но отчество у найденного - Иванович. Персону взяли на заметку и поиски продолжили.

В 1881 году у еще одного Михаила, жителя Шульгиной, родился сын. Об этом событии сделана запись в метрической книге Христорождественской церкви: 20 января рожден и 21 крещен Григорий. Родители Григория: деревни Шульгиной рядовой солдат Михайло Гаврилов и законная жена Катерина Лукьянова.

Михаил Гаврилович – более подходящая персона, информация совпадает с семейными воспоминаниями. Но как доказать это абсолютно точно? Генеалогия, как и любая наука, требует доказательств.




Главная находка

Решающая находка встретилась в метрической книге за 1881 год в разделе «О умерших». Младенец Григорий, рожденный 20 января 1881 года, прожил всего полгода. Запись о его смерти выглядит так: умер деревни Шульгина Михаила Гаврилова Боровикова сын-младенец Григорий, возраст – 6 месяцев. Причина смерти – от поноса. Все крестьяне в приходе до и после этой записи указаны без фамилий вплоть до начала XX века, а Михаил Гаврилович вдруг обретает её уже в 1881 году.

Почему так? Появление фамилии связано с военной службой Михаила Гавриловича. Двучастное прозвание солдата в армии было бы нелогичным. Однако в первой записи 1881 года дьячок записал отца новорожденного по привычке, также, как и остальных крестьян. А через полгода исправил свою ошибку и внес полные данные. Эта находка – небольшое генеалогическое чудо, которое открыло новые возможности для поиска. Фамилия «Боровиков» закрепилась именно с этого момента.



Из той же записи стало ясно:

Михаил Гаврилович Боровиков 6 лет служил в царской армии. Поступил в войска по жребию. После службы вернулся в родную деревню и еще 9 лет оставался в запасе. Жену Михаила и мать Василия звали Екатерина Лукьяновна.
Самое главное - получили первую документальную фиксацию фамилии Боровиков в приходе села Борок.

Что дальше?

Следующие шаги исследования:

1. Просмотреть оставшиеся метрические книги прихода, чтобы найти других детей Михаила и Екатерины, восстановить родственные связи.
2. Изучить ревизские сказки Боровской волости, чтобы найти упоминание Михаила Гавриловича до службы в армии. Ещё без фамилии, но с именами его родителей.
3.Параллельно с работой в архиве Костромской области проверить фонды Российского Государственного исторического архива в Санкт-Петербурге: дела о выкупе земли и участии крестьян в сельских сходах с целью собрать как можно больше подробностей о семье.


______________________

Таким образом, благодаря Алене, я заполнила еще одно белое пятно в своей истории.
Но мне очень повезло, те люди, которых я расследовала (уже 3 тыс. человек в древе по духовному сословию у себя, включая 6 новомучеников), жили в Москве и в Московской губернии.
И я их всех нашла в оцифрованных архивах на https://yandex.ru/archive

А вот про Костромскую губернию без помощи Алены я бы никогда не узнала.
Вам я ее фирму всецело рекомендую

Мне кажется, это очень классный подарок, такая услуга помимо прочего.

https://ktopredki.ru/
https://t.me/naidempredkov

https://shakko.ru/2022414.html