![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sandy_cat...Групповая экспозиция состоялась в Петрограде и называлась "Последняя футуристическая выставка картин “0,10”. Само название – намеренно декларативное: оно – послание миру от российских художников-новаторов, объявляющее о конце итальянского футуризма и возвещающее начало нового этапа в современном искусстве.
Малевич представил десятки своих супрематических картин, включая "Черный квадрат". Его поместили на почетном месте – под потолком в дальнем правом углу от двери. Этим Малевич указывал на культовый статус картины, ведь в правом – "красном" углу православных домов традиционно вешали иконы.
В числе других участников выставки был Владимир Татлин – одна из самых авторитетных фигур русского авангарда наряду с Малевичем. Именно Малевич с Татлиным возглавили движение молодых живописцев, графиков и скульпторов к беспредметной живописи. Они могли бы стать Браком и Пикассо Восточной Европы, рука об руку героически сражаясь за новое искусство. К сожалению, ревность, соперничество и творческие разногласия переросли в гневные стычки и взаимную неприязнь. К тому времени, когда состоялась выставка "0,10", оба уже ненавидели друг друга.
Чем ближе был день открытия выставки, тем выше делался градус взаимной враждебности. Оба готовили свои работы в глубокой тайне, опасаясь, как бы соперник не украл прием (и саму идею). Ситуация накалилась до предела, когда выяснилось, что Малевич повесил "Черный квадрат" в углу. Татлин пришел в ярость.
На "красный угол" у него имелись свои виды. Татлин создал скульптуру специально для этого угла с соответствующим названием "Угловой контррельеф". Это стало последней каплей. И корифеи предпочли разрешить творческий спор испытанным способом – на кулаках (о том, кто победил, история умалчивает).
Висячие угловые контррельефы Татлина 1915 года до сих пор выглядят современными. Его металлические листы, причудливо изогнутые и скрученные, напоминают архитектуру Фрэнка Гери, в частности облицованную титановыми панелями крышу музея Гуггенхайма в Бильбао (1997). Натянутая между стенами проволока, удерживающая части конструкций Татлина, вызывает в памяти впечатляющий подвесной мост Нормана Фостера – Виадук Мийо (2004) в Центральной Франции. А в самих парящих в воздухе громоздких угловых конструкциях есть что-то от искусственных спутников на земной орбите. Но прежде всего следует признать влияние этих композиций на развитие самого изобразительного искусства. Татлин переосмыслил сущность скульптуры. Впервые трехмерное произведение не претендовало на реалистическое или шаржированное изображение реальной жизни, но было предметом искусства само по себе и требовало оценки в качестве такового. К тому же оно не стояло на пьедестале, в нем не ощущалось тяжести камня или меди и его нельзя было обойти со всех сторон.
ДНК угловых контррельефов Татлина можно отыскать и в абстрактных скульптурах Барбары Хепворт и Генри Мура, и у Дэна Флавина в минималистских объектах и инсталляциях из флуоресцентных ламп, и у Карла Андре в его штабелях кирпича. Название выставки оказалось правильное – она действительно возвестила о конце футуризма.
Малевич представил десятки своих супрематических картин, включая "Черный квадрат". Его поместили на почетном месте – под потолком в дальнем правом углу от двери. Этим Малевич указывал на культовый статус картины, ведь в правом – "красном" углу православных домов традиционно вешали иконы.
В числе других участников выставки был Владимир Татлин – одна из самых авторитетных фигур русского авангарда наряду с Малевичем. Именно Малевич с Татлиным возглавили движение молодых живописцев, графиков и скульпторов к беспредметной живописи. Они могли бы стать Браком и Пикассо Восточной Европы, рука об руку героически сражаясь за новое искусство. К сожалению, ревность, соперничество и творческие разногласия переросли в гневные стычки и взаимную неприязнь. К тому времени, когда состоялась выставка "0,10", оба уже ненавидели друг друга.
Чем ближе был день открытия выставки, тем выше делался градус взаимной враждебности. Оба готовили свои работы в глубокой тайне, опасаясь, как бы соперник не украл прием (и саму идею). Ситуация накалилась до предела, когда выяснилось, что Малевич повесил "Черный квадрат" в углу. Татлин пришел в ярость.
На "красный угол" у него имелись свои виды. Татлин создал скульптуру специально для этого угла с соответствующим названием "Угловой контррельеф". Это стало последней каплей. И корифеи предпочли разрешить творческий спор испытанным способом – на кулаках (о том, кто победил, история умалчивает).
Висячие угловые контррельефы Татлина 1915 года до сих пор выглядят современными. Его металлические листы, причудливо изогнутые и скрученные, напоминают архитектуру Фрэнка Гери, в частности облицованную титановыми панелями крышу музея Гуггенхайма в Бильбао (1997). Натянутая между стенами проволока, удерживающая части конструкций Татлина, вызывает в памяти впечатляющий подвесной мост Нормана Фостера – Виадук Мийо (2004) в Центральной Франции. А в самих парящих в воздухе громоздких угловых конструкциях есть что-то от искусственных спутников на земной орбите. Но прежде всего следует признать влияние этих композиций на развитие самого изобразительного искусства. Татлин переосмыслил сущность скульптуры. Впервые трехмерное произведение не претендовало на реалистическое или шаржированное изображение реальной жизни, но было предметом искусства само по себе и требовало оценки в качестве такового. К тому же оно не стояло на пьедестале, в нем не ощущалось тяжести камня или меди и его нельзя было обойти со всех сторон.
ДНК угловых контррельефов Татлина можно отыскать и в абстрактных скульптурах Барбары Хепворт и Генри Мура, и у Дэна Флавина в минималистских объектах и инсталляциях из флуоресцентных ламп, и у Карла Андре в его штабелях кирпича. Название выставки оказалось правильное – она действительно возвестила о конце футуризма.
no subject
Date: 2017-09-08 04:22 pm (UTC)no subject
Date: 2017-09-09 10:05 am (UTC)